В голове у Ансельмо: Расизм, PANTERA и детские травмы

23 декабря 2016 timetorock

Отметившись фашистскими выкриками в начале этого года, ветеран метала говорит о музыке, искуплении и светлом будущем

Фил Ансельмо

Ансельмо сидит за маленьким столиком в гостиничном номере на Манхэттене, стряхивая сигаретный пепел в крошечную чашку кофе. За окном стоит серый декабрьский день. Температура колеблется в районе 20 градусов, что становится проблемой для откровенного фронтмена PANTERA.

«Я давний путешественник, и я знаю в этом толк, — говорит он. – Но я забыл куртку и штаны». Он смеется и добавляет, что должен был купить одежду по прибытии в центр города. Купленное пальто сейчас лежит под дверью, чтобы задержать дым сигарет, покидающий комнату. Он открывает окно в ванной, но несмотря на скромную футболку EYEHATEGOD и бритую голову, оголяющую татуировки эпохи PANTERA, в том числе «strength», певец глумится над местной погодой. «На самом деле, здесь не так уж и плохо», — ухмыляется он. Вскоре его приподнятое настроение уходит.

В январе Ансельмо стоял перед голливудской аудиторией и чествовал покойного гитариста PANTERA Даймбэга Даррелла, когда выбросил правую руку в нацистском приветствии и заорал на весь зал: «White power». Эти слова, тем более пришедшие из уст артиста, который записал в составе PANTERA платиновый хит «Far Beyond Driven», шокировали. После инцидента интернет-общественность взорвалась, и чтобы унять своих коллег из ANTHRAX и MACHINE HEAD Ансельмо записал видео с извинениями.

Большую часть года певец молчал, но все же отметился туром EYEHATEGOD и новой пластинкой SUPERJOINT «Caught Up in the Gears of Application». На будущий год артист запланировал еще больше релизов, в том числе авангардный проект с актером Биллом Мосли — BILL AND PHIL. Сейчас Ансельмо снова решился на интервью. Но сначала ему предстоит развеять ауру скорби и вернуть разочаровавшихся поклонников.

Злополучный концерт, получивший название Dimebash, состоялся 22 января в лос-анджелесском клубе Lucky Strike Live. Шоу отметилось короткой серией песен PANTERA и кавером MOTÖRHEAD при участии Дэйва Грола, Роберта Трухильо, бывшего барабанщика SLAYER Дэйва Ломбардо и других знаменитостей. Торжество проходило в два часа утра – к этому времени Ансельмо был очень пьян. На видео легко разглядеть нацистское приветвтие, после которого он наклоняется к толпе, чтобы высказаться.

Первая реакция Ансельмо на создавшуюся шумиху была проса: Это шутка, и виной всему выпитое вино за кулисами. «Никаких извинений», — говорил он тогда. Но все изменилось. «Это было отвратительно и неуместно, — поправился вокалист в своем извинительном видео 30 января. – Если вы знаете мою истинную природу, то понимаете, что я не верю в эти слова. Я приношу тысячу извинений всем, кого оскорбил. Ребята, дайте мне еще один шанс. Просто дайте мне второй шанс».

Спустя несколько дней Ансельмо выпустил новое заявление, где сказал: «Я пострадал от собственных действий, но ненависть, которую я испытываю к самому себе прямо сейчас – это справедливое отражение боли, которую я причинил другим людям». В октябрьском интервью с Decibel он ссылался на предыдущие извинения, добавив: «Этого должно быть достаточно. Большего вы не получите».

Когда вступает Ансельмо, комната окунается в дым. Он остается верен своим словам, отказываясь от извинений в интервью Rolling Stone, однако тон его голоса глубже и громче, чем раньше. «Что сделано, то сделано», — говорит он, и повторяет историю, рассказанную для Decibel. Поклонники в первом ряду на концерте называли его расистом и «пытались вывести из себя». Он отреагировал.

«Хотите уродство? Я покажу вам», — вспоминает он свои мысли. – Я сделал это, и я заплатил. И я постоянно буду платить. Но нет ничего более далекого от истины».

Пусть Ансельмо и сталкивался с обвинениями в расизме в прошлом, на этот раз он действительно пострадал. «Слово «расист» так часто звучало в последние три года, поэтому люди перестали понимать тяжесть этого обвинения, — говорит он, пока его голос становится все громче и глубже. – Но если вы думаете, что я считаю себя лучше из-за бледной кожи… В моем сердце иные чувства. Возможно, люди, которые смотрят сквозь призму расы, найдут расизм независимо от наличия, куда бы ни посмотрели».

Сейчас он чувствует, что должен менять мнение каждого отдельного человека.

«Мне наплевать на цвет кожи, национальность, религию или что-то еще, — говорит Ансельмо. – Все, что я могу сделать — это выйти с человеком лицом к лицу, найти общий язык и плясать от этого. Черт, просто живи и дай жить другим».

Тем не менее, его расовую риторику не назвать прогрессивной. Когда речь заходит о пожертвованиях в адрес его любимого боксерского зала в Детройте, он говорит, что сделал это, чтобы помочь «детишкам из гетто избежать влияния гетто», будь то афро-американцы, латиноамериканцы или люди «смешанной породы».

Певец добавляет, что сам является «смешанным» человеком, «гребаным сицилийцем и французом с единственным «белым» пятном в виде прабабушки. А вы знаете, чем она занималась? Собирала хлопок от рассвета и до заката, умывая слезами потертые руки».

Он также идентифицирует себя с маргиналами. Ансельмо вырос во французском квартале Нового Орлеана – «чертова толпа разномастных людей» — под присмотром матери-одиночки, которая «постоянно встречалась с черными мужиками».

«Они постоянно находились в моем доме – они проводили здесь дни и ночи, и я любил их», — говорит музыкант. Его нянька, опять же, была женщиной-транссексуалом по имени Вильма (Wilma). «Я любил ее», — повторяет он и старательно отмечает, что прошедшее время связано с ее смертью, а не с отсутствием прежней любви.

«Я никогда не думал об этом, — говорит он. – Но если люди постоянно вспоминают о том, как быть жертвой, возникают моменты, к которым я должен вернуться. Тем более когда люди кричат о нашем воспитании, о нашей культуре, погрязшей в насилии и мужских пороках. Угадайте, кто все свое детство встречался с домогательством как мужчин, так и женщин?». Он делает паузу и опускает подбородок, чтобы добиться зрительного контакта. «Я», — говорит он, вперив свой взгляд, и повторяет: «Я».

Ансельмо отступает, закрыв дверь в ванную комнату, чтобы сохранить немного тепла. «Я никогда не говорил миру об этом, но сейчас, когда мне почти 50, бежать некуда, — продолжает он. – Это уже случилось. Я никогда не обвинял других, как это делают современные дети. То же самое относится к расовым вопросам».

Помимо рефлексии Ансельмо также столкнулся с насмешками в прессе. Одна из них исходила от его бывшего одногруппника и члена PANTERA, барабанщика Винни Пола. Их отношения пошли на спад в начале 2000-х годов, когда раскололась группа, а когда безумный поклонник застрелил Даймбэга Даррела на концерте, все стало еще хуже. Пол утверждает, что не видел Ансельмо воочию с 2001 года.

Ударник сдержанно, но пренебрежительно прокомментировал расистский выпад Ансельмо. «Я не могу отвечать за него, — говорил Пол. — Он творил много вещей, которые бросают тень на его репутацию, еще во времена PANTERA. И это печально».

PANTERA

Когда речь заходит про Пола, Ансельмо передергивает. Вскоре вокалист поддерживает пренебрежительный тон. «Все, что вылетает изо рта этого пижона, отдает кислятиной, — говорит он. – У нас нет ничего общего». Ансельмо останавливается на пару секунд, подбирая слова: «Винсу стоит быть осторожным…». Певец резко уходит от темы.

«Однажды я забуду обо всем, что связано с прошлым PANTERA. У нас были удивительные поклонники, и это прекрасно, но некоторые из них могут быть разочарованы моей оценкой. Я просто оставлю эту тему. Когда выйдет интервью, публика скажет: «Он почти сорвался». Да, почти. И это ключевое слово».

Теперь Ансельмо осторожен в словах. Спустя десять лет после рокового концерта он еще больше задается вопросом психического благополучия Пола. «Об этом стоит беспокоиться точно так же, как стоит беспокоиться о благополучии каждого, — говорит он. – Я просто должен принять то, что случилось с Даймбэгом, в своем сердце. Это реальность. Он ушел. Он убит. Но есть во мне гигантский кусок, который никогда не смирится. Я говорил об этом в полиции. Я разговаривал с офицером, когда они подстрелили убийцу. Не уверен, что меня поняли».

По мере того, как разговор возвращается к нацистскому жесту, Ансельмо утверждает, что доказательством его характера служат поступки. «Всем святошам, которые тычат пальцем и кричат: «Расист!» — я хочу сказать, что вы меня не знаете», — говорит он и вспоминает, как в девяностых выступал против скинхэдов на концертах PANTERA.

В этом году он ответил на призывы гитариста ANTHRAX Скотта Иэна, который советовал ему пожертвовать деньги Центру Симона Визенталя, правозащитникам и борцам с антисемитизмом. «Я люблю Ансельмо как брата, — комментировал Иэн в феврале. – Он – моя семья. Я знаю, что в глубине души он не такой. Но я должен высказаться публично, потому что молчание приравнивается к соучастию. Фил серьезно пересматривает свою жизнь, и он сделает все, чтобы исправиться».

«Я сделал пожертвование в январе, — говорит Ансельмо. – Но разве его обвинишь в излишней храбрости? Это тот самый Скотт Иэн, написавший [язвительный альбом STORMTROOPERS OF DEATH] «Speak English or Die». Чувак, написавший «Aren’t You Hungry?», где подстрекали людей, которые страдают от мирового голода. Если бы эта запись вышла сегодня, мы бы никогда не смогли разгрести последствия. Поэтому простите меня. Может быть, Скотту следовало выйти и сказать прессе: «Да, Фил сделал пожертвование, так что все отлично». Но я никогда об этом не слышал».

«Я сделал пожертвование на следующий день или даже час после нашего разговора. Но больше в прессе об этом не упоминали. Имел я право на неприятный осадок? Да, черт возьми! Это провокация. Никто не хочет слышать о хорошей стороне чего-либо» (попытка Rolling Stone получить комментарии от Иэна не увенчалась успехом).

Кликбейт – или искажение смысла заголовка, который вынуждает вас кликнуть по ссылке – занимает особое место на последнем студийнике SUPERJOINT, хриплом и панковатом «Caught Up in the Gears of Application», который вышел в ноябре.

SUPERJOINT

Альбом также включает пятиминутный хардкор «Clickbait», где присутствуют строчки про «эскапических троллей из мира развлечений» и «лицемерную показушность».

Спустя год после шумихи Фил Ансельмо, называющий себя «поздним цветком», настороженно относится к Интернету. «Речь лишь о том, как вы видите сказочный заголовок, заставляющий вас реагировать. Вы переходите к новости, а там абзац за абзацем повторяется одно и то же, — говорит он. – Полагаю, это и есть журналистика».

Певец поясняет, что «Caught Up in the Gears» представляет собой запись о «современных технологиях и о том, что создается для масс».

Интересный факт: Группа записала альбом, где Ансельмо поет и играет на гитаре с первоначальными членами SUPERJOINT Джимми Бауэром и Кевином Бондом, больше года назад, то есть до фашистских салютований фронтмена. В мае Ансельмо также выпустил миньон с блэк-метал группой SCOUR, хотя его реальное возвращение случилось в августе, когда он участвовал в концертах EYEHATEGOD, давнего сладж-металлического проекта Бауэра. Поводом для гармоничного объединения послужил штатный вокалист EYEHATEGOD Майк Уильямс, который столкнулся с раком печени.

Уильямс жил бок о бок с Ансельмо около десяти лет, поэтому Ансельмо захотел помочь старому другу. «Я вырос с ним и знал их музыку вдоль и поперек, так что эти концерты были чистейшим наслаждением, — поясняет Ансельмо. – Это было не сложно. Меня не пришлось просить дважды. Это весело». Концерты EYEHATEGOD впервые показали нам трезвого Филипа Ансельмо. Что касается Уильямса, согласно странице YouCaring для сбора пожертвований, он перенес операцию по пересадке печени.

Ансельмо же, напротив, вернулся к рабочему темпу. Он выступил с SUPERJOINT, запланировал тур на следующий год и объявил о выпуске «Songs of Darkness and Despair» под именем BILL AND PHIL. Релиз, который состоится 20 января, выводит певца из зоны комфорта. Музыка, которую Фил играет на гитаре самостоятельно, смешивает блюз-рок, авангардный рок и синтетику, тогда как актер Билл Мосли («Техасская резня», «Изгнанные дьяволом») поет весьма странные фразы.

«Мы давно дружим, и у нас было три дня, чтобы придумать шесть смешных песен, — объясняет Ансельмо. – Этот чувак может петь. У него отличный диапазон. Он пришел ко мне с текстами, и все, что я сказал ему: «Это очень смешное название, Билл».

У Ансельмо есть и другие проекты, запланированные на следующий год. Разбег довольно широкий, но один из них выбивается. Он называет его «анти-металом» — это зрелые песни, которые он выпустит под именем ILLEGALS IN MINOR. «Материал тяжелый по своей сути, — говорит вокалист. – Экстремальная музыка охватывает все жанры. Никто не разубедит меня в том, что Бьорк играет экстрим. Поэтому если проект выиграет от виолончели, фортепиано или вотерфона, да будет так. Я использую все».

Он открывает дверь в ванную, чтобы закурить снова, и проводит параллель с Ником Кейвом, Дэвидом Боуи и THE SMITHS. Петь он будет своим естественным баритоном, тогда как лирика расскажет об отсутствии страха смерти. Ансельмо знает, о чем говорит, ведь его неоднократно вытаскивали с того света.

«Как парень, который сдох несколько раз, могу вам с уверенностью сказать, что говорить не о чем. Если что-то и происходило, то мне не запомнилось. Умиротворение и безопасность – вот что я помню. Лучший аналог – это ваше представление об утробе матери. Но когда тебя реанимируют медики, волей-неволей задумаешься: «Черт, быть мертвым намного проще, чем иметь дело с этим дерьмом», — смеется Ансельмо.

В канун нового года – когда наступила очередная годовщина смерти Даймбэга Даррелла – Ансельмо пытается вернуть свою жизнь. В этом же интервью он изрек самую актуальную фразу (читай: мантру): «Я хочу сосредоточиться на своем будущем. Я хочу смотреть в новый день, писать новые песни и шагать дальше. Это нормально, в отличие от попыток перекорежить прошлое». И он снова поджигает свою сигарету.

comments