BLACK SABBATH’s Гизер Батлер: «Во что бы вы ни верили, не сдавайтесь»

17 ноября 2017 timetorock

Иконы из Бирмингема выпускают прощальный тур на DVD и Blu-ray. Басист делится своими мыслями по этому поводу

Black Sabbath final, Гизер Батлер

Все закончилось так же, как началось — монументально. Зародившиеся в промышленном сердце Британии в 1968 году, BLACK SABBATH стали тем первородным горнилом, в чреве которого разгорелось пламя едва ли не всей современной тяжелой музыки. Сейчас, спустя 50 лет, группа завершила прощальный тур, дав в общей сложности 81 концерт и бросив к ногам поклонников свои самые яркие песни: «Iron Man», «Paranoid», «Faeries Wear Boots» и «War Pigs». Слушатели валили толпами, чтобы спеть хором и уважить своих кумиров в последний раз.

К счастью, прозорливость восторжествовала, и BLACK SABBATH записали финальное представление для концертного фильма «The End Of The End», который выходит 17-го ноября. Местом проведения не случайно стал Бирмингем. «Мы хотели закончить там, где все началось. Выбор был очевидным», — говорит Гизер Батлер, басист и лучший свидетель последнего триумфа команды. После шоу группа отправилась в студию Angelic Recording Studio, чтобы сыграть несколько дополнительных номеров, не вошедших в гастрольный сет-лист, включая их самую первую песню «Wicked World». Проект «The Angelic Sessions», снятый фильммейкером Диком Каррутерсом, является окончательным свидетельством группы. В новом интервью Гизер поделился своими мыслями о финале, обсудил «лайв» и рассказал о самом важном наследии SABBATH.


Почему вы решили завершить карьеру BLACK SABBATH?
Когда мы записывали «13», у Тони нашли лимфому. Он испытывал сложности, когда мы поехали в тур. Он сильно уставал от лечения, поэтому после гастролей он сказал, что пора заканчивать. Так мы решили сделать официальный прощальный тур.

Как ему дался последний пробег? Я видел концерт в Чикаго, но по внешнему виду нельзя было сказать, что он болен. Это был все тот же Тони Айомми.
Вы знаете, что мы гастролировали по шесть недель, а затем он возвращался в Англию на тот же срок для лечения, еще шесть недель отдыхал, и мы снова ехали. Он хорошо справлялся, старался не переутомляться.

Что изменилось от осознания скорого конца?
Каждая ночь была особенной, потому что каждый зритель возвращался домой с мыслью о том, что видел BLACK SABBATH в последний раз. Мы хотели сделать каждое шоу великолепным. Думаю, подсознательно мы старались как никогда раньше.

Что вы можете сказать о Бирмингеме? Чем он отличается от других городов?
Это промышленный город. Похож на Детройт. Именно здесь родилась автомобильная индустрия в Англии. Индустриальная революция началась здесь в XVII веке. Бирмингем — это центр мира, если говорить о промышленности.

Каково было расти в Бирмингеме?
Я родился в 1949 году, и это место сильно пострадало во время Второй мировой войны. Мы росли среди развороченных бомбардировками зданий. Суровое место для ребенка. Все были из рабочих семей. Мы не знали ничего другого. Но у меня было хорошее детство. Немного жестокое, но все равно хорошее!

Еще до основания SABBATH вы играли с Оззи?
Я играл в группе RARE BREED с Оззи. Мы дали несколько концертов, главным образом в пабах. Иногда внутри были люди, а иногда на нас вообще некому было смотреть. Чаще играли блюз. Тогда многие играли блюз или соул.

Какие ощущения вы испытывали за кулисами перед финальным шоу?
У нас не было возможности увидеть друг друга, потому что вокруг были семьи и друзья. Я вообще не видел Оззи. Я слышал, как его семья носится по коридору туда- обратно. Там было не меньше сотни детей. В Бирмингеме всегда сложно играть, ведь это родной для нас город. Можно буквально кожей почувствовать, как вибрация исходит от толпы; они требуют, чтобы мы сыграли свое лучшее шоу. Это всегда большие нервы.

О чем вы думали, когда поняли, что будете играть песни в последний раз?
Я думал только о том, чтобы никто из нас не облажался. Я так нервничал, что испытал облегчение, когда мы закончили концерт. В голове вертелось: «Надеюсь, получилось именно то, чего все ожидают от последнего шоу SABBATH».

Как вам фильм? Какие моменты выделяются?
Думаю, все песни сыграны, как и планировалось. Не могу ничего выделить.

Мне очень нравится «N.I.B.». Басовые соло были редкостью в 1970 году.
Мы написали «N.I.B.» после шестинедельного пребывания в одном швейцарском баре. Мы играли там каждый день, и у нас были часовые окна. Чтобы заполнить время, мы джемовали. Во время выступлений Билл Уордд [оригинальный барабанщик BLACK SABBATH] устраивал получасовые ударные соло, поэтому я задумал басовое соло, как можно более длинное. Конечно, к моменту записи я слегка урезал его.


Вы упомянули Билла. Я знаю, что многие фанаты надеялись увидеть его хотя бы на финальном концерте. В конце концов, вы вдвоем были ритм-секцией, на которой группа держалась столько лет. Что ты думаешь о нем сейчас?
Честно, я не знаю, что произошло с Биллом. В какой-то момент я улетел отдыхать на Гавайи, а когда вернулся, Билла уже не было в группе. Это один из велих ударников рока. Мне нравится его простой, но уникальный стиль. Он замечательный парень. Никакой злобы между нами. Это все тот же Билл Уорд, с которым я вырос.

После выхода альбома «13» вы думали о возвращении в студию с Риком Рубином для записи нового проекта. Что случилось? Есть ли новые планы?
Мы хотели записать альбом и провести прощальный тур. Но поскольку запись «13» заняла три года, казалось нереальным писать альбом и ехать на гастроли. Поэтому мы решили сначала провести тур и посмотреть, что случится. Но я не думаю, что будет новый материал BLACK SABBATH.

Если отринуть SABBATH, думаете ли вы о работе с Тони или Оззи по отдельности?
Не уверен. Оззи сосредоточился на сольных вещах. Про Тони не знаю. Я не планирую заниматься музыкой в ближайший год или больше. Пока ничего не происходит.

SABBATH редко называют политической группой, но в вашем каталоге есть заметное заявление: «War Pigs». Любопытно, как вы относитесь к текущему политическому климату, Брекситу и росту национализма в мире.
Я думаю, что Брексит — большая ошибка. Выход из Евросоюза будет стоить Великобритании миллиардов или даже триллионов. Я просто не вижу смысла разрушать то, что отлично работало. Это создаст массу проблем. Что касается других — пусть Дональд Трамп сам отвечает за свои слова. Это самый грязный политик Америки. Он так далек от мнения нормальных людей, что это поражает. Мысли о том, как Трамп стоит над кнопками запуска ядерных боеголовок, достаточно, чтобы не спать по ночам.

Я хочу вернуться к каталогу и чуть больше узнать о песнях. Мой фаворит — «Symptom Of The Universe», которую вы не стали играть в прощальном туре.
Мы не стали ее играть, потому что Оззи не мог ее спеть [смеется]. Слишком высокие ноты! Думаю, когда мы писали песню в студии, он работал по всем куплетам отдельно. После третьего альбома у нас было много времени для отработки материала. Часто вокалы писались по сегментам, а когда надо было петь вживую, он не справлялся. Это одна из моих любимых песен, но правду не скроешь. Тони придумал рифф, как обычно… Не помню, о чем текст. Наверное, о любви.

Тони говорил, что рифф «Sabbath Bloody Sabbath» спас SABBATH.
Совершенно верно. На альбоме «Vol. 4» в Лос-Анджелесе мы слегка переусердствовали с коксом, но запись была великолепной. Затем мы вернулись в Англию, а когда снова поехали в Лос-Анджелес для работы над «Sabbath Bloody Sabbath» и захотели вернуть атмосферу, ничего не вышло. Студия, в которой мы писали «Vol. 4», превратилась в студию электронной музыки.

Мы все очень устали из-за беспощадных туров и непрерывной записи. У нас не было отпуска три года. Все злились и думали: «Наверное, это конец». Мы даже помыслить не могли ни о каких риффах, поэтому вернулись в Англию и разъехались. Думаю, прошел месяц или чуть больше, когда мы решили дать группе последний шанс. Если получится — классно. Если нет — команда окончательно распадется. Когда мы собрались, первое, что сделал Тони, сыграл рифф «Sabbath Bloody Sabbath», и все воскликнули: «Да! Мы возвращаемся». Это дало нужный толчок, а все остальное — уже история.

Ваш любимый басовый рифф?
Может, «Hand Of Doom»?

Почему так важно завершить финальное шоу песней «Paranoid»?
Если люди слышали о BLACK SABBATH, то слышали именно этот трек. Либо его, либо «Iron Man». Было правильно, что он станет последним треком, который от нас услышат.

Теперь группа официально закончились. Но что люди получат от концертного альбома «The End Of The End»? Какими они должны запомнить BLACK SABBATH?
Они должны помнить, что мы бросали вызов критикам. У нас не было шансов, когда мы начинали. Пресса в Англии просто бесилась. Нам понадобилось семь или восемь прослушиваний у менеджеров и лейблов, чтобы на нас хотя бы обратили внимание. Думаю, группа, которая просуществовала 50 лет — это пример непоколебимости. Во что бы вы ни верили, не сдавайтесь.

Эпилог


В 1992 году Осборн был сыт по горло. После выхода сольника «No More Tears» он объявил об окончании гастрольной деятельности и последнем туре «No More Tours». «Конец, — писал Оззи Осборн в своей автобиографии. — Я выступал двадцать пять лет… Я был как белка в колесе: альбом, тур, альбом, тур, альбом, тур. Слушайте, я могу купить все эти чертовы дома, но никогда не буду в них жить!».

Для последнего концерта в Амфитеатре Коста-Месе 15 ноября 1992 года Оззи устроил кое-что особенное. На шоу он позвал свою старую команду BLACK SABBATH. Проблема была в том, что Ронни Дио, человек, заменивший Оззи в составе группы, отказался от выступления. На его место позвали Роба Хэлфорда из JUDAS PRIEST, и концерт прошел идеально.

Вскоре Оззи передумал и вернулся к регулярным гастролям. «Мне стало скучно, — вспоминает он. — Я подумал о счетах за ремонт, о зарплатах прислуге и о деньгах за машину, которые трачу из собственных сбережений. Затем я подумал: «Как можно уйти на пенсию в 46?». В 1996 году он совершил немыслимое и снова воссоединился с BLACK SABBATH…

comments